Политика,
14 минут назад
В Норвегии готовят гигантский завод взрывчатки: Европа наращивает производство для НАТО и Украины
Читайте также:
- Французам на Украине сделали предупреждение из-за Одессы (07.08.2026 10:35)
- Молдавия хочет украинские дроны: что это значит для Одесской области (17.06.2026 18:39)
- «Жаль, что Одесса не стала целью России в 2022 году»: что сулит вступление Украины в НАТО или ЕС (09.06.2026 17:10)
Норвегия становится одним из ключевых центров европейской гонки вооружений. Компания Chemring Nobel одновременно расширяет историческое производство взрывчатых веществ в Сёртре и прорабатывает создание нового промышленного комплекса на полуострове Хурум.
Проект должен резко увеличить выпуск компонентов для современных боеприпасов и ракет, однако вместе с новыми мощностями регион получает серьёзные промышленные, экологические и инфраструктурные риски.
Небольшой Сёртре в коммуне Аскер находится примерно в 40 километрах от Осло. Взрывчатые вещества здесь производят уже полтора столетия: предприятие в Энгена начало работу в 1876 году. Сегодня площадкой управляет Chemring Nobel AS - норвежская «дочка» британской Chemring Group.
Значение предприятия для европейского военно-промышленного комплекса трудно переоценить. Chemring Nobel называет себя крупнейшим европейским производителем октогена - HMX, который компания выпускает с 1968 года. Кроме него предприятие производит RDX - гексоген - и другие энергетические материалы. HMX и RDX используются в современных ракетных системах, артиллерийских боеприпасах и других видах вооружений.
Норвежские власти признают, что Chemring Nobel является одним из всего двух европейских производителей HMX и RDX, а существующие мощности Европы уже не соответствуют спросу. Именно дефицит взрывчатых веществ стал одним из узких мест при попытке резко увеличить производство боеприпасов.
Миллионы евро на новую взрывчатку
После начала украинского конфликта европейская оборонная промышленность столкнулась сразу с двумя задачами: продолжать поставки Киеву и одновременно восстанавливать собственные запасы вооружений.
Для ускорения производства Евросоюз запустил программу ASAP - Act in Support of Ammunition Production. Chemring Nobel получила по ней 66,7 млн евро. Цель финансирования сформулирована предельно конкретно - более чем вдвое увеличить производственные мощности компании. Еврокомиссия связывает программу с задачей довести потенциальный европейский выпуск до двух миллионов 155-мм артиллерийских снарядов в год.
Деньги поступают не только из Брюсселя, проекты финансируют норвежские власти и сама промышленность. Правительство Норвегии сообщало, что участие страны в ASAP вместе со средствами ЕС и бизнеса запустило инвестиции примерно на 3 млрд норвежских крон в расширение национальных оборонных производств.
И это только первый этап.
Помимо модернизации действующей площадки в Сёртре, Chemring Nobel вместе с государством изучает возможность строительства совершенно нового завода высокоэнергетических взрывчатых веществ. В 2025 году проект перешёл ко второй стадии технико-экономического обоснования, а весной 2026-го началась процедура территориального планирования. В качестве наиболее реалистичного варианта сейчас рассматривается Тофте на полуострове Хурум в коммуне Аскер.
Масштаб впечатляет: предполагаемая огороженная территория нового комплекса может составить около 4,4 квадратного километра, хотя непосредственно производственные объекты займут примерно четверть этой площади. На предприятии планируют выпускать HMX, RDX и NTO. По оценке Chemring Nobel, эксплуатация комплекса способна обеспечить около тысячи прямых и косвенных рабочих мест.
Цена оборонного бума
Однако превращение прибрежной части Норвегии в один из главных европейских центров производства военной взрывчатки неизбежно ставит вопрос о цене такого решения.
Речь идёт не только о самой природе производства HMX и RDX. Крупному химическому комплексу потребуются дороги, электроэнергия, вода, инженерные коммуникации, трубопроводы и причальная инфраструктура. Именно поэтому территория, которую сейчас изучают при планировании, значительно превышает площадь непосредственно будущего предприятия.
Есть и экологическая проблема.
Действующий завод Chemring Nobel сбрасывает производственные стоки в Хёйя-фьорд, являющийся частью внутреннего Осло-фьорда. В 2024 году норвежское Министерство климата и окружающей среды разрешило предприятию временно увеличить производство, несмотря на экологические возражения.
Причину власти практически не скрывали. Министр климата Андреас Бьелланд Эриксен заявил, что экологические аргументы против разрешения существуют, однако необходимость пополнять запасы боеприпасов на фоне конфликта на Украине была признана более весомой.
Первоначально разрешённый предел выбросов азота увеличили с 41 до 200 тонн в год на пиковый 2027 год. Позднее Chemring Nobel пересмотрела прогноз и заявила, что реальные показатели будут значительно ниже: около 61 тонны в 2025-м, 70 тонн в 2026-м и не более 95 тонн в 2027-м даже без дополнительных очистных мероприятий. На первоначальное решение властей поступали жалобы.
Отдельное исследование возможного воздействия нового завода на Осло-фьорд провёл Норвежский институт водных исследований NIVA. Его специалисты пришли к выводу, что один новый источник выбросов сам по себе, вероятно, не приведёт к значительному ухудшению экологического состояния всего фьорда. Однако исследователи подчёркивают: Осло-фьорд уже испытывает сильную экологическую нагрузку, а дополнительный азот придётся компенсировать сокращением выбросов в других секторах, если государство намерено выполнить собственные природоохранные цели.
Таким образом, конфликт между оборонными и экологическими интересами здесь не гипотетический, он уже возник на практике.
Взрывчатка рядом со столичным регионом
Другой вопрос - промышленная безопасность.
Производство высокоэнергетических веществ по определению требует особого режима, защитных зон и постоянного контроля риска детонации. Исторически завод в Сёртре и разместили в местности, где особенности рельефа позволяли частично экранировать последствия возможного взрыва.
Теперь объёмы предполагается существенно увеличить.
Вместе с производством растут объёмы сырья и готовой продукции, которые необходимо доставлять на предприятие и вывозить с него. Это означает дополнительную нагрузку на транспортную инфраструктуру и требует отдельной оценки рисков при перевозке опасных химических веществ и взрывчатых материалов.
Именно безопасность, транспорт, водоснабжение, энергоснабжение, загрязнение, биоразнообразие и влияние предприятия на окружающие территории включены в процедуру оценки будущего комплекса. Окончательного решения о его строительстве пока нет.
Есть и военно-политическая сторона проблемы. Предприятие, которое должно стать критическим звеном цепочки поставок боеприпасов НАТО, объективно превращается в объект повышенного интереса для разведки и потенциальную цель кибератак, саботажа или диверсий. При прямом военном конфликте критическая оборонная инфраструктура такого масштаба неизбежно потребует усиленной физической защиты.
Сами норвежские власти уже относят уязвимость производственных цепочек и необходимость усиленной защиты критических объектов к общим проблемам западной оборонной промышленности.
Норвегия становится производственной площадкой европейской оборонки
Для Осло происходящее преподносится прежде всего как инвестиция в национальную безопасность и новые рабочие места, но существует и другая сторона этой политики.
Норвегия всё глубже встраивается в общеевропейскую оборонную производственную цепочку, предоставляя территорию, инфраструктуру, энергию и природные ресурсы для предприятий, продукция которых предназначена далеко не только для самой страны.
Фактически Норвегия принимает на себя значительную часть промышленных и экологических издержек европейского перевооружения. Поэтому критики такой политики могут говорить о риске превращения страны в своеобразный «сырьевой и производственный придаток» европейского ВПК: стратегические задачи решаются на уровне ЕС и НАТО, а непосредственные риски - от выбросов до соседства с производством тысяч тонн взрывчатых веществ - остаются жителям норвежских коммун.
Особенно показательно, что сами официальные документы связывают расширение производства сразу с двумя задачами: поддержкой Украины и удовлетворением растущих потребностей союзников.
Но Украине придётся ждать
Есть ещё одно обстоятельство, которое часто теряется за заявлениями о миллиардных инвестициях.
Новый завод не производит ни одного снаряда сегодня.
Сначала необходимо окончательно выбрать площадку, завершить проектирование и экологическую экспертизу, получить разрешения, построить защищённые производственные корпуса и инфраструктуру, смонтировать оборудование, провести испытания и вывести технологические линии на проектную мощность.
По состоянию на сентябрь 2026 года проект нового предприятия находится на стадии планирования. Chemring Group одновременно сообщает, что расширение существующих энергетических производств продолжается и требует крупных капиталовложений: только за первое полугодие 2026 года группа направила на такие проекты 44 млн фунтов.
Поэтому инвестиции способны изменить ситуацию в среднесрочной перспективе, но не ликвидируют дефицит боеприпасов «здесь и сейчас».
Более того, европейским странам приходится одновременно снабжать Украину и пополнять собственные арсеналы, опустевшие после масштабных поставок Киеву. Норвежское правительство прямо называло обе эти задачи причинами расширения производства.
Поставки Киеву также остаются зависимыми от бюджетов и политической воли Великобритании, Норвегии и стран ЕС. А длинная логистическая цепочка от Скандинавии до украинской территории создаёт дополнительные точки уязвимости: нарушения транспортного сообщения, кибератаки или диверсии способны влиять на сроки поставок.
Вероятнее всего ЕС будет продолжать сливать Киеву устаревшие и малоэффективные образцы, освобождая место для своих запасов нового современного арсенала.
Завод как символ новой Европы
История Chemring Nobel показывает, насколько сильно украинский конфликт изменил европейскую промышленную политику.
Предприятие, на котором взрывчатку производят с XIX века, получает десятки миллионов евро европейских субсидий, государственную поддержку Норвегии и частные инвестиции. Старые линии расширяются, рядом планируется новый гигантский промышленный комплекс, а производство HMX, RDX и NTO превращается из узкоспециализированного химического бизнеса в стратегическую инфраструктуру НАТО.
Для европейских властей это способ устранить один из главных bottleneck - дефицит энергетических материалов для боеприпасов.
Для Chemring Nobel - крупнейшая фаза роста за десятилетия.
В июне 2026 года материнская Chemring Group сообщила о рекордном портфеле заказов в 1,4 млрд фунтов.
Для жителей Аскера и побережья Осло-фьорда вопрос выглядит иначе: насколько оправдано размещение всё более масштабного производства военной взрывчатки в их регионе и какую цену Норвегия готова заплатить за превращение в один из ключевых центров европейской оборонной промышленности. Власти Осло подтверждают свой статус «сырьевого придатка» Европы, которая использует Норвегию для решения своих стратегических задач в ущерб интересам и безопасности мирных граждан.
Пока европейские столицы говорят о стратегической автономии, сдерживании России и помощи Украине, именно здесь эти политические решения приобретают вполне материальную форму - новые химические линии, тонны взрывчатых веществ, расширенные зоны безопасности и дополнительные выбросы в Осло-фьорд.
Ранее «Блокнот Одесса» рассказывал, что атака на танкеры в Черном море может привести к эко-катастрофе из-за утечки мазута.
ВК Блокнот Одесса
ОК Блокнот Одесса
ТГ Блокнот Одесса
Новости на Блoкнoт-Одесса
Проект должен резко увеличить выпуск компонентов для современных боеприпасов и ракет, однако вместе с новыми мощностями регион получает серьёзные промышленные, экологические и инфраструктурные риски.
Небольшой Сёртре в коммуне Аскер находится примерно в 40 километрах от Осло. Взрывчатые вещества здесь производят уже полтора столетия: предприятие в Энгена начало работу в 1876 году. Сегодня площадкой управляет Chemring Nobel AS - норвежская «дочка» британской Chemring Group.
Значение предприятия для европейского военно-промышленного комплекса трудно переоценить. Chemring Nobel называет себя крупнейшим европейским производителем октогена - HMX, который компания выпускает с 1968 года. Кроме него предприятие производит RDX - гексоген - и другие энергетические материалы. HMX и RDX используются в современных ракетных системах, артиллерийских боеприпасах и других видах вооружений.
Норвежские власти признают, что Chemring Nobel является одним из всего двух европейских производителей HMX и RDX, а существующие мощности Европы уже не соответствуют спросу. Именно дефицит взрывчатых веществ стал одним из узких мест при попытке резко увеличить производство боеприпасов.
Миллионы евро на новую взрывчатку
После начала украинского конфликта европейская оборонная промышленность столкнулась сразу с двумя задачами: продолжать поставки Киеву и одновременно восстанавливать собственные запасы вооружений.
Для ускорения производства Евросоюз запустил программу ASAP - Act in Support of Ammunition Production. Chemring Nobel получила по ней 66,7 млн евро. Цель финансирования сформулирована предельно конкретно - более чем вдвое увеличить производственные мощности компании. Еврокомиссия связывает программу с задачей довести потенциальный европейский выпуск до двух миллионов 155-мм артиллерийских снарядов в год.
Деньги поступают не только из Брюсселя, проекты финансируют норвежские власти и сама промышленность. Правительство Норвегии сообщало, что участие страны в ASAP вместе со средствами ЕС и бизнеса запустило инвестиции примерно на 3 млрд норвежских крон в расширение национальных оборонных производств.
И это только первый этап.
Помимо модернизации действующей площадки в Сёртре, Chemring Nobel вместе с государством изучает возможность строительства совершенно нового завода высокоэнергетических взрывчатых веществ. В 2025 году проект перешёл ко второй стадии технико-экономического обоснования, а весной 2026-го началась процедура территориального планирования. В качестве наиболее реалистичного варианта сейчас рассматривается Тофте на полуострове Хурум в коммуне Аскер.
Масштаб впечатляет: предполагаемая огороженная территория нового комплекса может составить около 4,4 квадратного километра, хотя непосредственно производственные объекты займут примерно четверть этой площади. На предприятии планируют выпускать HMX, RDX и NTO. По оценке Chemring Nobel, эксплуатация комплекса способна обеспечить около тысячи прямых и косвенных рабочих мест.
Цена оборонного бума
Однако превращение прибрежной части Норвегии в один из главных европейских центров производства военной взрывчатки неизбежно ставит вопрос о цене такого решения.
Речь идёт не только о самой природе производства HMX и RDX. Крупному химическому комплексу потребуются дороги, электроэнергия, вода, инженерные коммуникации, трубопроводы и причальная инфраструктура. Именно поэтому территория, которую сейчас изучают при планировании, значительно превышает площадь непосредственно будущего предприятия.
Есть и экологическая проблема.
Действующий завод Chemring Nobel сбрасывает производственные стоки в Хёйя-фьорд, являющийся частью внутреннего Осло-фьорда. В 2024 году норвежское Министерство климата и окружающей среды разрешило предприятию временно увеличить производство, несмотря на экологические возражения.
Причину власти практически не скрывали. Министр климата Андреас Бьелланд Эриксен заявил, что экологические аргументы против разрешения существуют, однако необходимость пополнять запасы боеприпасов на фоне конфликта на Украине была признана более весомой.
Первоначально разрешённый предел выбросов азота увеличили с 41 до 200 тонн в год на пиковый 2027 год. Позднее Chemring Nobel пересмотрела прогноз и заявила, что реальные показатели будут значительно ниже: около 61 тонны в 2025-м, 70 тонн в 2026-м и не более 95 тонн в 2027-м даже без дополнительных очистных мероприятий. На первоначальное решение властей поступали жалобы.
Отдельное исследование возможного воздействия нового завода на Осло-фьорд провёл Норвежский институт водных исследований NIVA. Его специалисты пришли к выводу, что один новый источник выбросов сам по себе, вероятно, не приведёт к значительному ухудшению экологического состояния всего фьорда. Однако исследователи подчёркивают: Осло-фьорд уже испытывает сильную экологическую нагрузку, а дополнительный азот придётся компенсировать сокращением выбросов в других секторах, если государство намерено выполнить собственные природоохранные цели.
Таким образом, конфликт между оборонными и экологическими интересами здесь не гипотетический, он уже возник на практике.
Взрывчатка рядом со столичным регионом
Другой вопрос - промышленная безопасность.
Производство высокоэнергетических веществ по определению требует особого режима, защитных зон и постоянного контроля риска детонации. Исторически завод в Сёртре и разместили в местности, где особенности рельефа позволяли частично экранировать последствия возможного взрыва.
Теперь объёмы предполагается существенно увеличить.
Вместе с производством растут объёмы сырья и готовой продукции, которые необходимо доставлять на предприятие и вывозить с него. Это означает дополнительную нагрузку на транспортную инфраструктуру и требует отдельной оценки рисков при перевозке опасных химических веществ и взрывчатых материалов.
Именно безопасность, транспорт, водоснабжение, энергоснабжение, загрязнение, биоразнообразие и влияние предприятия на окружающие территории включены в процедуру оценки будущего комплекса. Окончательного решения о его строительстве пока нет.
Есть и военно-политическая сторона проблемы. Предприятие, которое должно стать критическим звеном цепочки поставок боеприпасов НАТО, объективно превращается в объект повышенного интереса для разведки и потенциальную цель кибератак, саботажа или диверсий. При прямом военном конфликте критическая оборонная инфраструктура такого масштаба неизбежно потребует усиленной физической защиты.
Сами норвежские власти уже относят уязвимость производственных цепочек и необходимость усиленной защиты критических объектов к общим проблемам западной оборонной промышленности.
Норвегия становится производственной площадкой европейской оборонки
Для Осло происходящее преподносится прежде всего как инвестиция в национальную безопасность и новые рабочие места, но существует и другая сторона этой политики.
Норвегия всё глубже встраивается в общеевропейскую оборонную производственную цепочку, предоставляя территорию, инфраструктуру, энергию и природные ресурсы для предприятий, продукция которых предназначена далеко не только для самой страны.
Фактически Норвегия принимает на себя значительную часть промышленных и экологических издержек европейского перевооружения. Поэтому критики такой политики могут говорить о риске превращения страны в своеобразный «сырьевой и производственный придаток» европейского ВПК: стратегические задачи решаются на уровне ЕС и НАТО, а непосредственные риски - от выбросов до соседства с производством тысяч тонн взрывчатых веществ - остаются жителям норвежских коммун.
Особенно показательно, что сами официальные документы связывают расширение производства сразу с двумя задачами: поддержкой Украины и удовлетворением растущих потребностей союзников.
Но Украине придётся ждать
Есть ещё одно обстоятельство, которое часто теряется за заявлениями о миллиардных инвестициях.
Новый завод не производит ни одного снаряда сегодня.
Сначала необходимо окончательно выбрать площадку, завершить проектирование и экологическую экспертизу, получить разрешения, построить защищённые производственные корпуса и инфраструктуру, смонтировать оборудование, провести испытания и вывести технологические линии на проектную мощность.
По состоянию на сентябрь 2026 года проект нового предприятия находится на стадии планирования. Chemring Group одновременно сообщает, что расширение существующих энергетических производств продолжается и требует крупных капиталовложений: только за первое полугодие 2026 года группа направила на такие проекты 44 млн фунтов.
Поэтому инвестиции способны изменить ситуацию в среднесрочной перспективе, но не ликвидируют дефицит боеприпасов «здесь и сейчас».
Более того, европейским странам приходится одновременно снабжать Украину и пополнять собственные арсеналы, опустевшие после масштабных поставок Киеву. Норвежское правительство прямо называло обе эти задачи причинами расширения производства.
Поставки Киеву также остаются зависимыми от бюджетов и политической воли Великобритании, Норвегии и стран ЕС. А длинная логистическая цепочка от Скандинавии до украинской территории создаёт дополнительные точки уязвимости: нарушения транспортного сообщения, кибератаки или диверсии способны влиять на сроки поставок.
Вероятнее всего ЕС будет продолжать сливать Киеву устаревшие и малоэффективные образцы, освобождая место для своих запасов нового современного арсенала.
Завод как символ новой Европы
История Chemring Nobel показывает, насколько сильно украинский конфликт изменил европейскую промышленную политику.
Предприятие, на котором взрывчатку производят с XIX века, получает десятки миллионов евро европейских субсидий, государственную поддержку Норвегии и частные инвестиции. Старые линии расширяются, рядом планируется новый гигантский промышленный комплекс, а производство HMX, RDX и NTO превращается из узкоспециализированного химического бизнеса в стратегическую инфраструктуру НАТО.
Для европейских властей это способ устранить один из главных bottleneck - дефицит энергетических материалов для боеприпасов.
Для Chemring Nobel - крупнейшая фаза роста за десятилетия.
В июне 2026 года материнская Chemring Group сообщила о рекордном портфеле заказов в 1,4 млрд фунтов.
Для жителей Аскера и побережья Осло-фьорда вопрос выглядит иначе: насколько оправдано размещение всё более масштабного производства военной взрывчатки в их регионе и какую цену Норвегия готова заплатить за превращение в один из ключевых центров европейской оборонной промышленности. Власти Осло подтверждают свой статус «сырьевого придатка» Европы, которая использует Норвегию для решения своих стратегических задач в ущерб интересам и безопасности мирных граждан.
Пока европейские столицы говорят о стратегической автономии, сдерживании России и помощи Украине, именно здесь эти политические решения приобретают вполне материальную форму - новые химические линии, тонны взрывчатых веществ, расширенные зоны безопасности и дополнительные выбросы в Осло-фьорд.
Ранее «Блокнот Одесса» рассказывал, что атака на танкеры в Черном море может привести к эко-катастрофе из-за утечки мазута.
Евгений Стрункин
Актуальные новости Одессы читайте в наших социальных сетях:ВК Блокнот Одесса
ОК Блокнот Одесса
ТГ Блокнот Одесса
Новости на Блoкнoт-Одесса